Обратная связь
Сделать стартовой
Добавить в избранное
  • В Израиле
  • СМИ Израиля
  • Ближний Восток
  • В СНГ
  • В мире
  • Экономика
  • Закон и право
  • Интернет
  • Спорт
  • Культура
  • Разное


  • ТВ онлайн
      Израиль плюс
      10-й канал Израиль
      Музыка на RTVi
      ВЕСТИ
      РТР-планета
    Радио онлайн
      Израиль Радио Рэка
      Израиль Галь Галац
      Израиль 1 радио
      Израиль Решет Бет
      Израиль 103 FM
      Израиль 103 FM
      Россия Европа +
      Россия Эхо Москвы
      Россия Маяк
    WEB камеры онлайн
      Тель Авив :: Квиш #1
      Тель Авив :: Цомет Хулон
      Тель Авив :: Кибуц Галуёт
      Тель Авив :: Лагардия
      Тель Авив :: Мороша
      Тель Авив :: Аяцира
      Тель Авив :: Гея север
      Тель Авив :: Гея юг


    Архив новостей за
    2016 2017

    Архив новостей (Октябрь 2017)
    вспнвтсрчтптсб
    1 2 3 4 5 6 7
    8 9 10 11 12 13 14
    15 16 17 18 19 20 21
    22 23 24 25 26 27 28
    29 30 31

    Архив новостей (Сентябрь 2017)
    вспнвтсрчтптсб
    1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30

    Эксклюзивная публикация
    "Курьер" получил исключительное право публикации на своем сайте романа Марка Туркова "Кратно четырем".
    Марк Турков, отказавшись от денежного вознаграждения за данную публикацию, посвящает ее людям, которые живут в Израиле и за его пределами, тем людям, чьи надежды оказались обманутыми, идеалы растоптанными, а мечты несбывшимися. Автор желает всем стойкости, любви и мудрости.

    Newman Center

    • Воспользуйтесь нашим опытом работы с 1991 г.
    • Преподаватели: профессионалы высшего класса
    • Мы помогаем в трудоустройстве после наших курсов
    Отправьте заявку на БЕСПЛАТНУЮ
    консультацию по выбору курса

    Кратно четырем (продолжение)

    8

    Тель-Авив.

    Маховик дня набирает обороты. Улица Дизенгоф - признанная тель-авивская красотка - выставляет свои прелести напоказ случайным прохожим, сверкая утренним макияжем лавок и магазинов.

    Автобусы, нарушая тишину утра, выплевывают первых пас-

     

    сажиров. А те бросаются к газетным киоскам за свежими новос-тями. Новости действительно свежие. Но не вкусные. Жирная краска филейных заголовков прилипает к глазам и пальцам:

    ТРОЙНОЕ УБИЙСТВО В ЯФФО

    Наемный рабочий - араб с оккупированных территорий убил ножом своего израильского работодателя и еще двух евреев.

     

    ТРАГЕДИЯ У БЕРЕГОВ ХАЙФЫ.

    ПОГИБЛИ ДВАДЦАТЬ МОРСКИХ ПЕХОТИНЦЕВ США И СОРОК СЕМЬ РАНЕНО

    Израильский паром «Эльтувия» (фирма «Оген») перевозил морских пехотинцев США с борта авианосца «Саратога» на бе-рег и обратно.

    Ночью, 21 декабря паром перевернулся и мгновенно затонул. Первым удалось спастись капитану парома - Йосефу Шохату, ко-торый покинул судно еще до того, как оно затонуло.

    «На борту находилось 102 морских пехотинца США. Не счи-тая команды. Слава Богу, что не все погибли!» — сказал капитан Шохат нашему корреспонденту. Начато секретное расследование.”

    Харвей остановился перед витриной магазина. В витрине выставлено не одетое ни на что, а легко парящее - и потому рас-паляющее воображение женское белье. Ольга в этот момент по-купает русскую газету и не может отвести взгляда от ее страниц:

    “КРЮЧКОВ, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ КГБ, УГРОЖАЕТ КРОВОПРОЛИТИЕМ”,

    “УСИЛИЛСЯ ПОТОК БЕЖЕНЦЕВ РУССКОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ ИЗ ПРИБАЛТИЙСКИХ И СРЕДНЕАЗИАТСКИХ РЕСПУБЛИК”,

    “СЕМЬ ТЫСЯЧ НОВЫХ ИММИГРАНТОВ ИЗ СССР ПРИБЫЛО ЗА ПОСЛЕДНИЕ ТРИ ГОДА В ИЗРАИЛЬ”,

    “ПАПА РИМСКИЙ ИОАНН ПАВЕЛ ВТОРОЙ ПРИЗВАЛ К ОСУЖДЕНИЮ АНТИСЕМИТИЗМА КАК ЯВЛЕНИЯ, НЕ СОВМЕСТИМОГО С ХРИСТИАНСТВОМ”.

     

    Ольга вскрикивает от неожиданности, когда на газету падает элегантный сверток.

    — Что это?! — она переводит удивленно-восторженный взгляд с пакета на сияющего Харвея.

    — Это маленький сувенир для тебя!

    — Ты читал новости?

    — Да...

     

    — Что же это происходит с людьми? Господи! Повсюду кровь, страх, насилие. Американские моряки утонули, ты знаешь?

    — Да... Скверная история... Капитан бросает пассажиров и команду на произвол судьбы! Капитан союзной страны... Изра-ильтянин...

    — Так нельзя говорить, ведь его вина не доказана!

    — Капитан уходит последним. Так было всегда и везде! То, что он не погиб - как раз и есть его вина!

    — Ты слишком категоричен. Но “на войне - как на войне!”, не так ли?

    — На “войне”? Что, у берегов Хайфы идут сражения? Ты слишком любишь свою страну, Ольга. Ты не видишь многого сквозь розовые очки патриотизма. Посмотри, как сабры ездят на автомобилях, ведут себя на улицах!

    — Здесь жарко. Мы не можем постоянно ходить в костюмах и при галстуках!

    — А уважать права человека им тоже жара мешает? Знаешь ли ты, что всего пару дней назад на дорогах Калифорнии погибли тридцать туристов?!

    — Израильтян? Наверное, дело рук арабских террористов!

    — Нет, погибли американцы, но по вине израильтянки.

    — ?

    — Их автобус в лоб столкнулся с машиной нетерпеливой... — Харвей поискал подходящее слово... — э... “леди”, когда она, на-рушая правила, выехала на полосу встречного движения!

    — Она погибла?...

    — И ее дети, которые были в машине - тоже. Но, как говорит-ся - это ее личное дело. Но в чем были виноваты американцы?

    — Наверное, в том, что пускают таких на дороги своей страны.

    — У нас свободная страна, — гордо воскликнул Харвей, и свежий ветер колыхнул за его спиной огромное звездно-полоса-тое знамя родины. — И Свобода эта основана прежде всего - на уважении прав друг друга, а не на анархии!

    Почувствовав себя митингующим на площади перед Конг-рессом, Харвей улыбнулся, и сам себя остановил:

    — Ладно, давай не будем говорить о проблемах. Хотя бы сейчас.

    — А о чем будем? О тройном убийстве в Яффо? О том, что КГБ топит в крови Россию?

    — У русских не принято благодарить за подарки? — Харвей поднял скользнувший на пол нарядный пакетик.

    — Я - израильтянка!

    — Но из России?!

    — Прости. Спасибо, конечно. А что это?

    — Раскрой - увидишь!

    — Нет, я лучше дома посмотрю, хорошо?

    — Посмотри сейчас, а вдруг тебе не понравится? Сразу об-меняем!

    Они заняли хорошие места в партере пустого кафе, отсюда прекрасно видно сцену-улицу и актеров на ней - прохожих. Не притрагиваясь к принесенному официантом “Капуччино”, Ольга развернула сверток и замерла в восторге.

    — Какая красота! Какая прелесть! Спасибо! Я давно мечтала о таком, — она с благоговением раскладывает перед собой бе-лье. — Но это стоит так дорого!

    Харвей рассматривает улицу сквозь ажурную невесомость тру-сиков и встречается взглядом с оборванным, в струпьях, нищим-по-прошайкой. Улица сверкает ложной позолотой: за яркими рекла-мами, подсвеченными даже днем, скрываются убогие здания. Пер-вые этажи дробились на лавки, лавочки и лавчонки, а вторые и ред-ко - третьи (если они имелись) почерневшими от смога фасадами, провалами нежилых окон наводили на грустные размышления.

    — Тебе нравится Тель-Авив? — Харвей опустил трусики-бинокль.

    — Да! Такой живой, открытый, солнечный! А какие краски! Какой здесь чистый воздух.

    — Здесь чистый воздух?! — изумился Харвей, показывая на очередную порцию черной копоти, выброшенной автобусом.

    — Здесь яркие краски, полное изобилие, и жизнь - букваль-но кипит! А воздух - ты знаешь, какой воздух в Москве?!

    — Ты находишь все это, — Харвей обвел широким жестом панораму, — красивым?

    — И да, и нет. Конечно - это не архитектура Ленинграда или Москвы.

    — Или Вены, или Парижа, или Нью-Йорка! — продолжал Харвей.

    Они шли по городу.

    — И все-таки, в этом провинциализме что-то есть! — воск-лицала Ольга при виде кого-нибудь особнячка в турецком стиле рядом с кубиком современной постройки.

    — Что-то есть? О, да! На мой взгляд - есть весьма аппетит-ный архитектурный салат!

    — Харвей, это можно понять! Здесь давно нет мира и стабиль-ности. Да. Я читала. Я знала, что первые архитекторы возрождаю-щейся страны стремятся создать свой, собственный стиль. И ниче-го удивительного в смешении мотивов их работ нет! Они питались двумя культурами: европейской, в которой они выросли и сложились как художники, и восточной, мусульманской по своей философии.

    — Но, Ольга...

    — Это старый район города. А есть еще и новые, совершен-но другие! Современные и благоустроенные. Такие как, напри-мер, наши Черемушки.

    — “Тесьерьемуськи”? Что это?

    — Ты бывал в Москве?

    — Нет.

    — Черемушки - это название одного из красивейших районов Москвы, построенного еще в шестидесятые годы. Но знаешь, что удивительно? Даже обидно?!

    — Что? — Харвей озабоченно снимал оброненное кем-то мороженое с лацкана пиджака.

    — Я здесь чуть больше года. Много ездила, смотрела страну, но, представляешь, здесь, в Израиле, ни одного впечатляющего здания синагоги.

    — Син-ха Го-ги... Это кто такой?

    — Ты что, не еврей?

    — Я - американец.

    — Синагога - это молитвенный дом, церковь, с точки зрения архитектуры.

    — А!.. Конечно! Си-на-го-га! Зато есть вот это! — рассме-явшись, Харвей указал на грубо возвышающееся над городом одинокое высотное здание. Нелепый параллелепипед с абсолю-тным пренебрежением попирал окружающие трущобы.

    — О, да! Это может служить памятником Пифагору!

    Они ушли далеко от “Отеля” и оказались в неожиданно уют-ном, зеленом районе... Особняки тесно примыкали друг к другу. Казалось, что соседние дома находятся на расстоянии вытяну-той руки.

    — Одна спальня на всех! — пошутил Харвей.

    — Почему?

    — Ты же видишь, как близко стоят дома - окно к окну!

    — Можно закрыть шторы, опустить жалюзи! — рассмеялась Ольга, а Харвей вдруг вспомнил Офру и ее многочисленные рас-сказы об Израиле.

    “Одна спальня на всех” — это была ее шутка, когда в первые дни их знакомства она пыталась объяснить ему какова жизнь в маленькой стране, опутанной сетью родства и коррупции. Тогда он не понимал ее.

    Ольга и Харвей обедали в маленьком китайском ресторане. Обнаружить такое заведение в Тель-Авиве было настоящим сюр-призом. Харвей увлеченно рассказывал о Нью-Йорке, его вели-колепии и разнообразии. На обратном пути они оказались в боль-шой толпе людей, внешним видом резко отличавшихся от изра-ильтян, растерзанный вид которых уже набил оскомину.

    — Наши... — вздохнула Ольга.

    — Что это — “Наси”, Ольга?

    — Это люди из СССР. Иммигранты. Такие, как я... Новопри-бывших здесь называют “олим”.

    Харвей с интересом разглядывал людей, очень похожих на

    американцев средней полосы Мэриленда.

    — Судя по одежде, они собрались на торжественный прием?

    — Да! — саркастически воскликнула Ольга. — На прием без-работных! Пойдем скорее отсюда! Это биржа...

    — Здравствуй, Олечка! — из толпы выделилась девушка и бросилась навстречу Ольге с распростертыми объятиями. Было похоже, что они давние подруги.

    — Ленка?! — удивленно воскликнула Ольга. — Ты когда при-ехала?!

    — Да уж полгода, как здесь мыкаюсь!

    — А твои?

    — Да все мы здесь. На схардире гнием! Мишка, так тот во-обще с ума сходит...

    — Жалеет, что бросил лабораторию в институте?

    — Ага. Теперь вот стоим за подаянием.

    — Привет! Шалом! Салам алейкум, Олька! — подошел мо-лодой мужчина, небритая улыбка которого подчеркивала угрю-мость взгляда. — С твоим знанием языков уже свой бизнес от-крыла, Оленька?

    — Ольга, представь меня, пожалуйста, своим друзьям, — сказал мужчина и Харвей уловил тень, пробежавшую по лицу Ольги, и наступившее замешательство в разговоре.

    — О, прости. Это - Харвей. Он журналист. Из США.

    — Лена...

    — Миша.

     

    Харвей пожимал протянутые руки, а молодые люди с интересом рассматривали его.

    — Ой, ребята? Вы нас извините - спешим! Я должна помочь Харвею с переводом... Запишите мой телефон - и давайте встре-тимся.

    — Как когда-то, за бутылочкой сухого? — оживился Миша.

    — Что за вопрос, конечно!

    Испачкавшись подтекающей пастой, Лена на клочке бумаги записала номер телефона.

    — Лена! И тебе не стыдно? До сих пор пользуешься старой советской ручкой!

    — Не до ручек, Оленька, — грустно улыбнулась Лена, — встретимся, я тебе такое расскажу...

    Поискав в сумочке, Ольга достала сверкнувшую золотым пером ручку.

    — Спасибо, Оля. Но не нало. У нас все есть...

    — Мишаня, здесь не принято отказываться от подарков! — она вставила ручку в боковой карман Мишиной рубашки. — Пиши, может разбогатеешь!  

    Взявшись за руки, Ольга и Харвей прошли сквозь толпу, об-ращая на себя удивленные и завистливые взгляды.

    — А что? Молодые стараются выхватить иностранца - поми-най как звали! — пробурчала пожилая дама в платке, свидетель разговора.

    — Нет, они должны сидеть в дерьме и ждать? — возмути-лась другая.

    — После Рейгана американская экономика тоже трещит но швам, — Харвей решил отвлечь Ольгу от грустных мыслей. — Президент Буш, похоже, заигрался в международную политику. Спад. Много банкротов, увольнений. Тысячи специалистов теря-ют работу.

    — Причем здесь Буш? Мы же не в Америке!

    — Но безработные есть повсюду, это неизбежная черта эко-номики.

    — Это нельзя сравнивать, понимаешь? Невозможно!

    — Но таковая жизнь, Ольга!

    — Мы приехали сюда с надеждой обрести себя на нашей “Исторической Родине”. А что получается?! — в ораторском за-пале волосы Ольги рассыпались и, подхваченные ветром, поло-скались, разлетались, мешая говорить, ее глаза сверкали, щеки раскраснелись. — Да, пусть мы пришли сюда не первыми - но ведь там, где мы родились, мы достигли кое-чего! Я - ладно, простая учительница. А наши ученые? Мишка, например? Тот, которого мы только что встретили на бирже безработных…

     

    Казалось, из-за ее спины, из серого дыма разоренных гнезд, истекала людская река. Свинцовое небо, вспоротое зигзагами молний, придавливало этот, нагруженный домашним барахлом поток к каменистой дороге, уступами спадающей в туманную бездну мрака. Зловещий рокот отчаяния стлался над этой рекой. Кричали младенцы. На носилках и инвалидных колясках коченели старики. Глаза, множество разноцветных глаз, на-полненных укором, надеждой, мольбой, но в большинстве - оди-ночеством и страхом, закружились в жутком хороводе.

     

    — Знаешь ли ты, что Мишка - талантливый ученый, конст-руктор биоэнергетических систем?! Много лет ему отказывали в выезде из СССР, наконец, он вырвался и привез сюда свое нео-публикованное открытие и, ты думаешь, здесь кто-нибудь этим заинтересовался?

    — Биоэнергетические системы?

    — Да. Я не специалист - не могу точно тебе обьяснить суть. Что-то из оборудования, необходимого при пересадке внутренних органов. Но я говорю не о сути Идеи, а о том, что здесь никто даже не интересуется ни судьбой ученого, ни его работами! Год он ходит по различным конторам, и везде одно и то же: “Потерпите!”

    — Наверное, эта работа действительно требует проверки, изучения, а на это необходимо время.

    — Согласна. Но никто не предлагает взяться за это изуче-ние! Или, к примеру, Шура Файн - специалист по гусеничным сис-темам танков.

    — Он что, военный?

    — Почему “военный”? Он - инженер-механик. Доктор наук! Его изобретения делают танк надежней, боеспособней. Ты дума-ешь, в нашем прифронтовом государстве это кого-нибудь ин-тересует?! Да они, эти самодовольные чиновники, эти крысы, — в ее голосе прозвучало столько откровенного отвращения, что Харвей ощутил на себе прикосновение мохнатых хвостов.

     Навстречу людскому потоку, из сырости мрака, зашелес-тели, запищали, царапаясь по каменистым уступам, мириады крыс. Мерзкие твари набросились на толпу. Кроваво скалились зловонные пасти. Люди пытались защищаться - они отбива-лись чемоданами, сумками. Некоторые, содрав одежду, поджи-гали ее. На всплески еле различимого огня сбегались новые полчища мерзких тварей.

     — Да они, эти крысы, просто боятся! Они боятся, что мы, новенькие и более талантливые, потесним их с насиженных мест. Уф! Как сегодня жарко! Давай выпьем чего-нибудь холоднень-кого, Харвей!

    Они нырнули в прохладную тень ближайшего бара. Он с вос-торгом наблюдал, как оратор-бунтарь превращался в очарова-тельную девушку, с умиротворением потягивающую через соло-минку ледяную жидкость.

    Next >>

     1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59 

    Главная
    Доска объявлений
    Реклама в Израиле
    Учеба в Израиле
    Работа в Израиле
    Чат
    Бизнес-клуб
    Знакомства
    Только для взрослых
    Классическая музыка
    Культура
    Литературный Курьер
    Субботние свечи
    Полезные ссылки
    Архив

    Новинка!
    hebrew book


    Учеба в Израиле
    Информация об израильских высших учебных заведениях - университетах и академических колледжах.Подготовка к поступлению в университеты и колледжи (курсы психометрии).
    А также: курсы иврита, английского языка, компьютерные курсы, курсы бухгалтеров, секретарей, турагентов, курсы альтернативной медицины.
    Полезные ссылки.

    Работа в Израиле
    Самая большая подборка ссылок на доски объявлений, бюро по трудоустройству, сайты по поиску работы в Hi-Tech в Израиле.

    МАГАЗИН ПО ВЯЗАНИЮ
    "Питанга" - специализированный магазин по вязанию, вышиванию и валянию.
    ул. Ротшильд 1, Ришон Ле-Цион,
    тел. 03-9500515
    www.pitanga.co.il

    Newman Center


    SpyLOG

     

    Мне нравится сайт Courier.co.il

    Newman Center