Что общего между акциями протеста и манифестациями, которые проходили в Бразилии, Индонезии, Болгарии, Турции, Греции, Франции, Израиле, а теперь – и в Египте? Экономическая ситуация. За этим выражением гнева широких масс скрывается огромный разрыв между тем, какую жизнь человеку хотелось бы получить, и тем, что он получил на самом деле. Это является рычагом, двигателем всех протестных акций и движений в мире. И поскольку в Египте разрыв между ожиданиями и реальностью – колоссален, то и результаты протеста являются соответствующими.
Демократические режимы обладают особым патентом в отношении массовых протестов. Они сформировали невероятную гибкость, позволяющую им изобретательно реагировать на давление снизу. Демократический режим знает, когда нужно остановиться, выслушать граждан и исполнить часть их требований. Таким образом он открывает клапан безопасности, выпускает пар и делает возможным выживание власти. У диктаторских режимов нет подобного клапана безопасности. Тиран презирает толпу, не прислушивается к требованиям и чаяниям масс – пока кипящий котел не взрывается, и жизнь диктатора заканчивается на виселице. Это именно то, что происходит сегодня в Египте.
Египет никогда не был демократическим. Там всегда правил тот или иной диктатор. Тысячи лет назад там правили фараоны. Затем династии монархов. А, начиная с середины прошлого века, страной управляли разного рода правители, опиравшиеся на поддержку армии. В ходе революции 2011 года многие верили, что Египет наконец переходит к демократической форме правления. Но очень скоро выяснилось, что и в процессе демократических выборов к власти пришел новый тиран – «Братья-мусульмане» и их ставленник, президент Мурси.
«Братья-мусульмане» обладают радикальным исламистским мировоззрением, которое противоречит демократии. Мурси не признавал права меньшинств и необходимость ограничения государственных полномочий. Он был не готов идти на компромисс и сотрудничество с секулярными партиями. Он провел исламистскую конституцию и начал преследовать любой институт, любую систему, которые мешали исламизации страны – суды, академию, средства массовой информации. Он не скрывал своего отвращения к секулярным и либеральным египтянам, призывал женщин сидеть дома. Он действовал точно так же, как все его предшественники-тираны.
Результатом его действий стал ужасный экономический год. Иностранный туризм прекратил свое существование, инвесторы бежали из страны, египетские богачи в панике начали переводить капитал за границу. Экономический рост резко снизился, безработица взлетела до небес, цены поднялись, пять тысяч заводов и фабрик закрылись.
Валютные запасы Египта находятся сейчас на критической отметке – 13 миллиардов долларов. Из государства, которое экспортировало нефть и газ, Египет превратился в страну, в которой имеет место постоянная нехватка электроэнергии. Длительное прекращение подачи электричества посреди ужасной жары, многочасовые очереди возле бензозаправок. Ездить по дорогам опасно – грабители могут остановить машину посреди дороги, отобрать ее и даже потребовать от родственников выкуп за голову своей жертвы. Когда власть слабеет и не в состоянии управлять государством, воцаряется насилие. Полиция перестает функционировать, на улицы выходят банды и мафиозные группировки.
Эти проблемы можно, более или менее, решить в течение 3-4 лет. Но ни у кого нет терпения ждать даже год. Ведь любая власть, которая посмеет сократить субсидии на хлеб и горючее, будет свергнута толпой. С другой стороны, понятно, что с таким бюджетным дефицитом, с такими показателями – нет ни малейшего шанса на то, что Египет получит кредит от международных финансовых структур. Египет движется к полному и тотальному банкротству.
Банкротство Египта – это 84 миллиона человека, которым нечего есть. Это опасная ситуация, которая приведет к войне на выживание, по сравнению с которой нынешние столкновения покажутся детским лепетом.
Нехемия Штрасслер, "Гаарец"
Источник -
cursorinfo.co.il