Другим наука

14 августа на в Москве на 85-м году жизни скончался Сергей Петрович Капица — физик, просветитель, популяризатор науки, автор и ведущий телепередачи "Очевидное — невероятное" с 40-летним стажем.
История Капицы — это история не ученого-самородка, а мощной научной традиции. Сергей Петрович принадлежал к ученой династии, самым ярким членом которой был его отец — гениальный физик, нобелевский лауреат Петр Леонидович Капица. Жизнь Капицы-старшего больше всего похожа на сюжет романа о великом ученом. Он был невероятно одарен и смог полностью реализоваться — и хорошо сознавая это, не тушевался в компании великих учителей и современников и не стеснялся пользоваться своими талантами для достижения целей. Писал письма Сталину, где учил его, как организовывать советскую науку — а тот их читал и слушался. Не был диссидентом, в отличие, например, от Андрея Сахарова — но стал врагом Берии за отказ работать над атомной бомбой. Научные таланты его старшего сына были не такими яркими, и, соответственно, более спокойно сложилась его жизнь. Зато Сергею Петровичу выпала не менее сложная, может быть, задача — светить отраженным светом и предстательствовать не только за своего ученого отца, но и за всю среду. Так достойно, как он, с этой задачей, наверное, не справился бы никто.

Капица родился в 1928 году в Кембридже — там его отец работал под руководством Резерфорда. В 1934 году семья вернулась в Советский Союз, а выехать обратно уже не смогла. В начале войны Капицы были в эвакуации в Казани, а вернувшись, Сергей смог в 15 лет поступить на учебу в Московский авиационный институт: изучал самолетостроение, а в рамках дипломной работы придумывал катапульту для пилотов (его разработки используются и по сей день). Вскоре Капица сменил род научных занятий под влиянием обстоятельств — его отец попал под бериевскую опалу и работал в самостоятельно сооруженной лаборатории на даче в Николиной горе. 21-летнего Сергея уволили из ЦАГИ, не дав защитить диссертацию, и он подался в Геофизический институт, поддержав географические традиции в семье. Дальше были работа в Институте геофизики и отцовском Институте физических проблем, докторская (вновь по физике), 35 лет на посту заведующего кафедрой на физтехе.

Популярной наукой Капица занялся в бытность свою географом — в середине 1960-х, подражая первым фильмам Жака Ива Кусто, он снял две просветительские ленты о подводном мире Дальнего Востока. В 1973 году Капица выпустил книгу "Жизнь науки" — рассказ о методологических установках великих ученых прошлого. Она и послужила толчком к появлению "Очевидного — невероятного": талант проводника идей был замечен на Центральном телевидении. Передачу, в которой сложные материи доносятся до зрителя не в виде занудного монолога, а обсуждаются специалистами, один из которых еще и телеведущий, чутко направляющий беседу, придумала редактор Жанна Фомина, создатель "Клуба путешественников" и "Кинопанорамы". Ученые в кадре рассуждали о важных проблемах на равных с телезрителем, относясь к нему с подчеркнутым уважением, словно к присутствующему собеседнику, без снисходительного высокомерия знатоков. Зритель чувствовал себя полноправным участником обсуждения, даже (и скорее всего) многого в ней не понимая; несомненно, именно эта свобода диалога и мысли, невиданная на советском ТВ, обеспечила "Очевидному - невероятному" невероятную популярность.

Заводя речь о телевизионной деятельности Капицы, обычно вспоминают об успехе его передачи с первых выпусков, миллионной аудитории и славе. Меньше говорят о самопожертвовании: занявшись телевидением, Сергей Петрович фактически поставил крест на академической карьере, зато обеспечил снисходительное к себе отношение со стороны коллег-ученых (тогда еще академия была по статусу престижнее телестудии). Капица был сродни мифологическому персонажу — сын демиурга, отказавшийся от статуса небожителя, чтобы нести истину людям. И заслуга "Очевидного - невероятного" в том, что всего за несколько лет скептическое отношение ученых к популяризаторской деятельности на телевидении было переломлено.

Став одним из самых знаменитых людей Советского Союза ("Знаменитый я, а он лишь известный", ревниво поправлял Капица-старший), Капица поневоле стал человеком светским. Но, как до этого роль ученого, роль всеобщего любимца пришлась ему впору — вундеркинду, моряку, аквалангисту, летчику, лектору. Автор "Очевидного - невероятного" нес груз своей славы легко и естественно: брал интервью у знаменитостей, входил в разнообразные советы знатоков, вручал и принимал награды. Секрет, очевидно, в том, что он никогда не приписывал никаких заслуг лично себе отдельно от науки, идеалы которой он нес в жизнь. Сергей Петрович Капица на экране воплощал роль ученого par excellence (впрочем, никогда не переходя в пародию) — и, очевидно, не делал бы это так удачно, если бы это действительно было всего лишь ролью. Зрителю казалось, что чрезвычайная увлеченность наукой помогла Капице (и, соответственно, всем ученым, которых он единолично представлял на экране) перенести на обыденную жизнь ее законы и ценности — честной конкуренции гипотез, логичности суждений, доказательности и убедительности, самостоятельной ценности познания и разумности прогресса. Капица сам был внутренне непротиворечив, как хорошая гипотеза, и умел распространять эту интеллектуальную и душевную гармонию с телеэкранов. И благодаря этому зритель верил, что возможен (и даже уже существует!) мир, в котором верховодит наука — логично устроенный, полностью познаваемый, предсказуемый, объяснимый, непрерывный, справедливый и гармоничный — гармоничный, как телецарь этого мира Сергей Капица.

Наверное, из-за этой внутренней цельности, полному соответствую своему образу, в отличие от многих ученых Капица никогда и не был диссидентом (и даже не жаловался на цензуру на советском ТВ). Для него не существовало непримиримого разлада между человеком и действительностью вокруг, ведь всю ее обнимала собой наука, делая познаваемой, понятной и, в конечном итоге, поправимой. "Очевидное - невероятное" даже о неминуемом крахе советской экономики рассказывало языком науки, предлагая пути решения задачи.

Капица воплощал собой идеального интеллигента — из хорошей семьи, остроумного, серьезного, обаятельного, всесторонне образованного, в том числе и гуманитарно — и четыре ранее малоизвестные строчки из пушкинских черновиков (про то, что опыт — сын ошибок трудных, а гений — парадоксов друг) не выглядели неуместно в качестве эпиграфа к разговору о точных и естественных науках. Капица был из той уходящей породы академиков, значение которых не ограничивалось их конкретными достижениями в родной дисциплине. Это люди, которые воплощают собой традиции, хранители научного этоса, проводники неофитов, старейшины, чье мнение ценится по любому вопросу. Просто в отличие от других патриархов Капица волею случая получил доступ к миллионной телеаудитории.

Последней темой, которой много занимался ученый Сергей Капица, были математические основы демографии: он изучал модели, по которым изменяются темпы изменения численности населения Земле. Как будто бы, выводы ученый делал оптимистичные: рост стабилизировался, и гибель от перенаселения планете не грозит. При этом, судя по интервью, Капица не верил в главную сциентисткую утопию: что наука когда-нибудь сможет победить смерть. Бессмертие, считал он, человек обретает не во плоти, но только в делах — пока живы люди. А раз благодаря подсчетам Капицы, человечество избежало гибели, память о величайшем русском ученом-популяризаторе ему придется хранить вечно.

Кирилл Головастиков


Источник - lenta.ru