Отцы и дети: на что на самом деле уходит львиная часть наших налогов?

Когда-то была серия книг в СССР – "Занимательная математика", "Занимательная физика", "Занимательная астрономия" и так далее (все их писал Яков Перельман). Не было там только книги "Занимательная экономика". Потому что за правдивую книжку о социалистическом хозяйствовании на Колыму отправили бы и писателя по фамилии Сидоров, не то что Перельман.
В Израиле писателей и журналистов за правду в Кармиэль пока не ссылают, но и тут пресса предпочитает избегать горьких истин, плохо укладывающихся в социальный дискурс. Ибо горечь бывает идейно полезная, а бывает социально вредная. Идейно полезная горечь привлекает читательские массы и протестный электорат, но у неё есть один недостаток – она по сути ложна, а посему и рецепты, предлагаемые для её нейтрализации, неконструктивны. А конструктивные рецепты означали бы признания, крайне некомфортные для нашего коллективного бессознательного. Ведь если перестать клеймить олигарха Данкнера, который и сам в долгах как в шелках, и заняться выяснением истинных причин кризиса, можно довыясняться до неприятных вещей. Например, до того, что мы, трудовое население, обречены на бедность из-за своих же родителей. Ну или из-за чужих, поскольку репатриантов вообще обошли при дележе пенсионного пирога. Но в целом, не по-тургеневски грубо говоря, нынешние отцы бессовестно обирают детей.
Наше государство едва достигло пенсионного возраста. Как множеству стареющих особей, ему приходится расплачиваться за ошибки юности. По молодости наша страна в лице правительства и чиновников частенько надеялась на авось – тут это называется "ихье беседер". Например, госслужащие на протяжении десятилетий не делали пенсионных накоплений. Зачем? Ведь страна растёт, богатеет, и когда первые поколения своё отработают, денег будет столько, что можно будет платить государственным пенсионерам нехилые пенсии из текущего бюджета. То есть, из налогов их детей.
Это называется "бюджетной пенсией". До конца девяностых она была положена практически всем государственным служащим. А если учесть, что подавляющее большинство крупных предприятий были государственными, то таких пенсионеров наберётся с полстраны – даже с учётом приезда советской алии и усиленной склонности к размножению двух других категорий населения, сроду этой пенсии не имевших.
Проработал человек, скажем, 35 лет техником в телефонной компании "Безек". Его стаж умножается на два, и в результате положена ему пожизненная пенсия в размере 70% от последней зарплаты. А последняя зарплата у работника "Безека" с большим стажем была ого-го. Не говоря уже о том, что в трудовых комитетах сидели великие комбинаторы – они умудрялись втиснуть в последние зарплаты разные бонусы и премии, изрядно увеличивавшие исходную сумму для подсчёта пенсии. Причём пенсия привязана к размеру зарплат госслужащих. Индексируются зарплаты – индексируются и пенсии. Не жизнь, а сказка.
Вот только пенсии эти выплачиваются не из фонда, в котором уже лежат накопленные деньги, а из собранных в этом году налогов. Фактически государственные служащие, выходя на пенсию, попросту продолжали получать от государства зарплату, пусть и немного уменьшенную. Уже в начале девяностых было очевидно, что эта бюджетно-пенсионная сказка стала чересчур накладной. Но остановить несущийся на всех парах профсоюзный поезд было невозможно, для этого был нужен харизматичный лидер-экономист типа Нетаниягу, который придёт к власти на пять лет позже.
Наши чиновники очень любят рассуждать о том, что советская алия стала благословением для Израиля. Они совершенно правы. Приехал миллион по-хорошему наивных, не слишком подкованных экономически, не избалованных пособиями и привыкших работать людей, с которых можно было собирать налоги на прокорм армии государственных пенсионеров. Ибо в пенсионных фондах было пусто. К 2001 году дефицит восьми основных "гистадрутных" пенсионных фондов достиг 137 миллиардов шекелей. То есть, пенсии на эту сумму надо было платить, а денег на них в фондах не было – как и положено при бюджетной пенсии. Фонды национализировали в 2003 году, пенсионный возраст для новых пенсионеров повысили до 67 лет, всех новых госслужащих перевели с бюджетной на "накопительную" пенсию.
Всё предыдущее десятилетие, в 90-х годах, на армию заслуженных израильских пенсионеров и на легион получателей социальных пособий трудилась армия новых репатриантов, претендовавшая лишь на минимальную почасовую зарплату и пособие по старости. Но этот наёмный рай был не бесконечен. Репатрианты постепенно разобрались, что к чему. Тоже стали устраиваться на государственные должности. Пытаться по возможности получать инвалидность и пособия. Изворачиваться и уклоняться от налогов. Регистрировать бизнес и списывать на расходы всё что можно. В общем, вести себя как типичные израильтяне.
А лавина бюджетных пенсий всё росла. Пенсионная реформа начала двухтысячных повлияла на новых работников, но десятки тысяч "бюджетных" пенсионеров никуда не делись – им ещё жить и жить (дай им бог здоровья, конечно). И ещё десятки тысяч работников со стажем, которым по достижении пенсионного возраста ещё положена бюджетная пенсия, тоже никуда не делись. Старое поколение военных, полицейских, врачей, учителей, чиновников, муниципальных работников (и это только самое начало списка) — всё больше их выходит на пенсию, и всё большая пенсионная нагрузка ложится на государство – ведь новому работнику надо платить зарплату, а бюджетному пенсионеру надо продолжать платить пенсию, и всё из того же бюджета.
"Неужели всё так серьёзно? – наверняка спросит какой-нибудь придирчивый читатель. – Сколько тех бюджетных пенсионеров? Неужели на них из бюджета уходит больше, чем на ешиботников, олигархов и депутатов Кнессета?" Множество людей, сбитых с толку социальной шумихой последних лет, абсолютно не понимают, куда на самом деле идут государственные деньги. Они перечисляются отнюдь не людям в лапсердаках и куфиях. И отнюдь не людям в "мерседесах". Их получают те, кто выглядит как обычный израильтянин, разговаривает как обычный израильтянин и ведёт себя как обычный израильтянин. Например, десятки тысяч отнюдь не старых ещё отставных военных. Их легион, отправившихся на законную пенсию в возрасте 46 лет. И занявших приличные должности в частных и государственных компаниях. И получающих в этих компаниях приличную зарплату. И одновременно получающих бюджетную пенсию (средний размер пенсии отставного прапорщика, по данным минфина на нынешний год – 16 тысяч шекелей). Мало того, согласно закону, пенсия отставных военных, работающих на ответственных должностях в госпредприятиях, должна существенно урезаться во время этой работы. Но в отчёте госконтролёра за 2009 год указывается, что закон этот попросту не выполняется.
Немного цифр – в 1990 году общие обязательства Министерства обороны по настоящим и будущим пенсиям составляли 20 миллиардов шекелей. В 2001 году они составляли 80 миллиардов шекелей. К 2013 году эта число разбухло до 210 миллиардов шекелей. Все эти деньги в ближайшие пару-тройку десятилетий предстоит выплатить налогоплательщикам. Это не абстрактные цифры. Это наши с вами налоги – на воду, на электроэнергию, на землю при покупке квартиры, на бензин при поездках на общественном и личном транспорте, на телевизор, это удушающие пошлины, и после всех этих налогов ещё и 18 процентов НДС. Общие обязательства по бюджетной пенсии для военных, полицейских, работников тюрем, служащих системы образования и проч. составляют на данный момент 600 миллиардов шекелей! А непосредственно в будущем году государственным пенсионерам будет выплачено 22 миллиарда шекелей из бюджета. И это не учитывая выплат из "Битуах леуми", а ведь у нас каждый пенсионер получает ещё и пособие по старости, вне зависимости от других источников дохода. По сравнению с этой цифрой меркнут любые ешиботники. И в ближайшие десятилетия количество "бюджетных" пенсионеров будет только расти. Оно пойдёт на спад лишь в 2035 году, когда начнёт выходить на пенсию поколение госслужащих, переведённых в начале двухтысячных на "накопительную" пенсию. А до того времени поколению детей придётся раскошелиться на огромную сумму — 600 миллиардов шекелей в сегодняшних ценах. По мере инфляции она будет расти ещё.
Итак, кому же у нас жить хорошо? Тем самым абсолютно светским, живущим обычной жизнью людям, пожилым и не очень, которым положена та самая бюджетная пенсия. И у которых как правило имеется собственное давно выкупленное жильё. А может, и не одно. Тем самым обеспеченным пенсионерам, которые, принарядившись как в театр, спокойненько приезжали летом 2011 года на демонстрации социального протеста в центр Тель-Авива на новых красивых автомобилях – в знак солидарности с молодёжью. Ещё бы, ведь они – народ. Они – рядовые израильтяне и поборники социальной справедливости, а не какие-нибудь олигархи или ультраортодоксы. Вот только их кормит и обеспечивает государство, а государство берёт на это деньги у частного сектора, то есть у нас, нынешнего поколения трудяг. И это нынешнее поколение трудится уже на совсем других условиях.
Большинство госпредприятий приватизированы, шесть процентов от зарплаты – вот и все накопления. Причём зарплаты эти мизерные, а цены – высокие, за счёт тех же налогов. Наше поколение не имеет возможности откладывать на старость. Оно не имеет возможности купить нормальную квартиру в месте, где есть нормальная работа. Три семьи со средним доходом в девять тысяч шекелей нетто оплачивают своими налогами те же девять тысяч шекелей пенсии одному государственному бюджетному пенсионеру. По статистике газеты "Калькалист" 87% граждан в возрасте 60-80 лет помогают своим детям свести концы с концами. Но эта статистика умалчивает о том, что перед тем, как помочь своим детям, поколение государственных пенсионеров фактически выкачивает эти деньги из своих и чужих детей через госбюджет.
Кто все эти бойкие старички, разъезжающие по дорогам в новеньких автомобилях, сидящие часами в недешёвых кафешках, регистрирующиеся в Бен-Гурионе на европейские авиарейсы? Это государственные пенсионеры, вовсю поощряющие экономику в этот нелёгкий для страны час. Люди, на прокорм которых, не разгибаясь, работает нынешнее поколение. У которых размер одиночной пенсии превышает среднюю зарплату и даже средний семейный доход по стране. Которые на фоне общего безденежья и загнанности выглядят крезами – они могут помогать своим работающим детям деньгами и даже частично оплачивать им жильё. Но – только своим. Разумеется, репатриантов 90-х среди таких семей практически нет – пирог бюджетной пенсии к моменту их приезда и акклиматизации уже был съеден до крошки.
Не то чтобы я кому-то завидовал, призывал кого-то раскулачить или упаси боже, желал кому-то поскорей помереть в целях уменьшения налогового бремени. Цель у меня иная. Дать людям представление о том, кто является реальным "потребителем" государственного бюджета. Отвлечь читателя от глупых сказок про съедающих народные средства ешиботников и единичных получателей больших зарплат. И показать, к чему приводит тот самый "беседер-авось", к которому сейчас всё настойчивей стремится вернуться изрядная часть народа. Если жить по принципу "после нас хоть потоп", то этот потоп таки наступит. Прошлое поколение не пожалело своих сынов и дочерей. Из-за него выросших детей сейчас бессовестно обирает своё же государство. И боюсь, что с этим уже ничего не поделать. Вот такая занимательная экономика.

Андрей Харазов

Источник - 9tv.co.il